С сапогом по жизни. Как в Украине создают обувь

На днях отмечался Международный день сапожника. Почему-то этот праздник никто не замечает. Хотя все, кто бережно относится к своей обуви, сетуют, что найти хорошего мастера нынче непросто. Куда они подевались и какие перспективы у этой творческой (да-да!) профессии, мы решили узнать у четырех причастных к этой сфере специалистов.

Сапожник: “Помогаю в ущерб себе”

Олег Григорук — сапожник с более чем 20-летним стажем. В пригороде Киева у него своя обувная мастерская, но если раньше он в ней проводил целый день, то теперь наведывается туда все реже — обувь в починку приносят постоянные клиенты и близкие друзья. Начало своей сапожной деятельности Олег вспоминает с ностальгией.

Я ведь как пришел в сапожное дело? Через интерес, по вдохновению. Будучи студентом-электриком в 90-х пошел подрабатывать наладчиком швейных машин на завод, который занимался пошивом бронежилетов. Там-то и “познакомился” с офицерскими сапогами. Их там было полно, и они никому не были нужны. Те, кто помнит 90-е, понимают, что в то время “приличную” для молодежи обувь достать было проблематично. Вот я и стал переделывать армейские берцы в модные ковбойские сапоги. Разбирал, перетягивал, моделировал… У меня стало получаться. Пошел учиться на обувщика в техникум, потом поступил в университет. А когда закончил, понял, что хочу открыть свое дело, — вспоминает сапожник. — Поначалу все было хорошо, работы было достаточно, материалы можно было без труда купить, клиенты были довольны. Конечно, разнообразия обуви не было — это минус. Но вся она изготавливалась по ГОСТам — это плюс. Ведь я точно знал, из какого материла что сделано, где кожа, а где нет, и какими клеями и растворителями нужно пользоваться, чтобы не испортить пару. А сейчас что? Клиенты приносят обувь, которая неремонтопригодная — она изготовлена из прессованного мусора. Как только на нее капнешь клей, материал начинает плавиться. Вот потом сижу и думаю, как же ее назад собрать, чтобы вернуть клиенту хотя бы в том виде, в котором он мне ее принес“.

Да и материалы для ремонта обуви, по мнению сапожника, сегодня покупать невыгодно. “В Украине ничего не производится, все из-за границы. Вот купишь клей, в котором уверен, посчитаешь себестоимость, добавишь расходы на налоги и электроэнергию — и получается такая сумма, которую клиенты не могут заплатить. И это не говоря уже о том, что нужно прибавить небольшой процент мне за работу. Вот говорю клиенту, что ремонт его обуви обойдется в 500 грн, а он смотрит на меня ошалелыми глазами и говорит: “Да я же ее за 150 грн новую купил!

А иногда приходится просто выгонять клиентов. Чаще всего так поступаю с теми, кто приносит мне детскую обувь. Беру я ее в руки и чувствую запах ядовитого клея. Смотрю, а там вся стелька им пропитана, или задник полностью завален и форма неправильная. От такой обуви у детей за недели развивается плоскостопие и деформируются суставы. В этом случае говорю только одно: “Выбросьте это немедленно!”

Жалко мне людей, часто помогаю им в ущерб себе. Вот пришла недавно ко мне клиентка с дорогой парой обуви. Я вижу, что это реплика известного бренда. Пара почти новая, но уже разлезлась. Спрашиваю: “Почему по гарантии не сдадите?”, а она мне отвечает, что гарантийный месяц уже закончился, а она надела их два раза всего. Не могу я смириться с такой несправедливостью. Отправляю ее в магазин, советую: “Требуй возврата денег и обмена на новую пару. Да, они будут ссылаться на то, что гарантийный срок закончился. Но будь понастойчивее. Выбери время, когда в магазине будет побольше народа, да кричи погромче!” Заходит она ко мне через несколько дней, благодарит, рассказывает, что в магазине обменяли пару и дали заново гарантийный срок. Вот и получается, что из-за копеечного ширпотреба, на который так падки наши люди, и обувные отечественные производства вынуждены закрываться, и нам, сапожникам, работы нет!

Фото istock

Модельер: “Работают лишь старики”

Виталий Тимошик отдал обувному делу всю свою профессиональную жизнь. Окончив 25 лет назад вуз по специальности “модельер-дизайнер обувной промышленности”, он успел поработать не только на крупных обувных предприятиях, которые на тот момент еще не успели развалиться, но и организовать свое дело по индивидуальному пошиву обуви. Но теперь его обувные станки пылятся в углу, а на жизнь бывший модельер-обувщик зарабатывает пошивом кожаных автомобильных салонов. И это в ситуации, когда хорошие сапожники в дефиците.

Разыскать молодого сапожника с достаточными умениями — нереально, — уверяет модельер обуви. — И это несмотря на то, что научить азам сапожного дела можно всего за год. Средний возраст сапожника сегодня — 50 лет, а швеи — 57 лет. В этой сфере работает, так сказать, “старый состав”, в основном те спецы, которые остались без работы после распада госпредприятий в 90-х годах. А молодежь на сапожника учиться не идет. А зачем? Сегодня кроме клейма “непрестижности” на желание стать сапожником влияет и экономическая составляющая этой работы. Рынок Украины переполнен дешевой китайской обувью. Если посчитать, то на одного украинца сегодня завезено по 10–15 пар обуви на год. Поэтому пока мы не выносим ее, производить что-то новое будет невыгодно“. 

Повлиял на украинское обувное производство за последний год и карантин. “Покупательная способность у людей резко упала, теперь для многих туфли индивидуального пошива за 1500 грн — это очень дорого, — сетует Виталий. — Они предпочитают одноразовую пару за 300 грн, вместо того чтобы отнести свои старенькие туфли в ремонт, где за починку придется заплатить стоимость новой пары “из конфиската”. Так и получается, что сапожники всех категорий, начиная от модельеров и дизайнеров, заканчивая мастером по починке, остаются в Украине без клиентов и заказов“.

Педагог: “У нас на факультете — недобор”

Педагоги факультетов обувной промышленности, несмотря на плачевное положение дел в этой сфере, пытаются смотреть в будущее с оптимизмом. “Профессия обувщика сегодня не пользуется популярностью. У нас на факультете из года в год — недобор, — рассказывает доцент кафедры обувщиков Киевского национального университета технологий и дизайна Лилия Чертенко. — Отсутствие конкуренции при поступлении часто приводит к тому, что на эту специальность попадают те абитуриенты, которых никуда больше не взяли, а значит и мотивация учиться у них слабая. Но мы держимся за счет фанатов. Настоящими мастерами от нас выходят те, кто осознанно идет на обувное дело, потому что это либо семейный бизнес, либо есть какие-то знакомые, которые работают в этой сфере и готовы пристроить в будущем такого выпускника. Есть, конечно, и те, кто попадает в мир обуви, влюбляется в свою профессию и в будущем становится отличным специалистом. Но процент таких студентов небольшой“.

Надо сказать, что учиться в техническом вузе непросто. “Вместе с тем, что обувщик — это технарь, так еще он должен иметь творческую жилку. Не получится один раз закончить вуз и потом всю жизнь быть классным сапожником или модельером, — считает доцент кафедры обувщиков. — Промышленность в этом направлении развивается, поэтому приходится постоянно доучиваться, перенимать опыт, тренировать эстетическое чутье и т. д.“.

При этом педагог уверена в дальнейшем позитивном векторе развития обувной промышленности в Украине. “Мы уже пережили бум китайской обуви. Сегодня, в связи и с пандемией, и с перенасыщением рынка, обуви из Китая стали завозить меньше. Эта тенденция будет сохраняться и дальше, — считает Чертенко. — Ведь если раньше обувь из Китая считалась самой дешевой, то не сегодня завтра она уже не будет такой. В Китае подорожала рабочая сила, поднялась в цене транспортировка, поэтому выгодность перевозки несертифицированного товара, который в любой момент могут изъять, стала под вопросом“.

Фото istock

Работодатель: “Мастеров зовут за границу”

Сапожником можно назвать не только того, кто ремонтирует каблуки или меняет стельки. Обувной мастер — это и дизайнер, и модельер. И на таких специалистов во время карантина возник особенный спрос.

Сейчас обувных мастеров из Украины приглашают на работу за границу. Особенно ими интересуются в Польше. В последнее время там активно развивается эта сфера, строятся заводы и появилось много фабрик. Но интересный тренд — активно ищут сотрудников, которые могли бы работать онлайн. А это дизайнеры и модельеры обуви. Прямо из своей украинской квартиры они могут удаленно разрабатывать эскизы, строить лекала и придумывать коллекции“, — рассказывает Лилия Чертенко.

В Украине тоже можно устроиться в крупные сетевые обувные мастерские. “Опытному сапожнику за стандартный восьмичасовой рабочий день обещают платить 15–20 тыс. грн в месяц. Правда, для этого у него должен быть опыт работы не менее двух лет, — рассказывает Марина Житник, специалист рекрутингового агентства. —В подмастерья возьмут и после девятимесячных курсов училища, но зарплата у него будет вполовину меньше, а надбавку можно будет получить в качестве процента за выполненную работу“.